Мировые цены на уголь превысили $135/т, Индонезия вводит экспортный налог на сверхприбыли

Ближневосточный кризис и блокировка Ормузского пролива в 2026 году заставили страны-импортёры пересмотреть энергетические стратегии, сделав ставку на надёжность и энергобезопасность вместо экологичности и ценовой доступности. Мировой энергобаланс возвращается к углю как к наиболее контролируемому локальному ресурсу, особенно в Азии, где Китай и Индия обеспечивают 60% и 70% электрогенерации соответственно за счёт угля.

Ключевые экспортёры угля стремятся извлечь выгоду из сложившейся конъюнктуры. Индонезия готовится утвердить налог на экспорт угля для изъятия сверхприбылей, поскольку мировые цены прочно закрепились выше $135 за тонну. Министр финансов Пурбая Юдхи Садэва заявил, что приоритетом является бюджетный эффект, а не комфорт добывающих компаний.

Одновременно Индонезия повышает производственные цели в рамках RKAB на 2026 год, чтобы компенсировать глобальные энергетические риски, и ускоренно переводит внутреннюю генерацию с дорогого дизеля на солнечную энергию. Цена нефти превысила $100 за баррель, что делает уголь более конкурентоспособным для базовой нагрузки.

В США в 2025 году наблюдался рост угольной генерации и сокращение газовой, поскольку средние цены на газ были выше, чем в 2024 году. Эксперты отмечают, что в странах с газовой генерацией в периоды роста цен объём газовой генерации сокращается, а угольной увеличивается.

Китай, несмотря на долгосрочные планы по снижению доли угля в электрогенерации до менее 50% к 2030 году за счёт ВИЭ и атомной энергетики, пока сохраняет уголь как доминирующий источник. Влияние ближневосточной турбулентности на энергосистему КНР ограничено из-за низкой доли импортного сырья.

Европа, в отличие от Азии, находится в принципиально иной ситуации: регион зависит от импортного СПГ, причём катарский газ не играл значимой роли — в 2025 году на него приходилось менее 10 млрд куб. м из общего импорта в 313 млрд куб. м.

Оцените материал

Поделиться